I ПОЧЕМУ, согласно данным McKinsey, в 70% случаев срыв сроков в металлургии происходит не по вине подрядчика? Как трансформируется роль заказчика в условиях растущей сложности проектов? К. Карпович: В крупных промышленных проектах ключевым фактором риска зачастую выступают не технические сложности, а организационные решения и процессы согласования со стороны заказчика. Особую роль играют вопросы построения системы проектного финансирования при высокой степени изменений в ходе реализации. Это обусловлено следующими причинами. Во-первых, значительно возросла сложность самих проектов. Если 20 лет назад металлургический завод строился по относительно стандартным схемам, то сегодня каждый проект уникален. Он объединяет технологии от разных производителей оборудования, требует их адаптации к российским нормам, внедрения новейших цифровых систем управления, применения современных дизайнерских и экологических решений. Кроме того, усложняется контроль со стороны надзорных органов. Все это влечет за собоы необходимость гораздо большего числа согласований и интеграций между всеми участниками проекта. Во-вторых, цепочки поставок стали глобальными. Современные проекты могут включать в себя оборудование из пяти стран. Каждая поставка имеет свой цикл адаптации инжиниринга, согласований, сертификаций, таможенных процедур и финансовой модели проведения платежей. Без отлаженной системы международного взаимодействия задержки становятся неизбежными. В-третьих, изменилась роль заказчика. Сегодня он уже не просто наблюдатель, а активный участник технических и организационных решений. Именно он формирует техническое задание, утверждает изменения, принимает решения по финансированию и взаимодействует с надзорными органами. В EPCM-модели эта трансформация особенно заметна. Мы как генеральный подрядчик можем гарантировать высокое качество проектирования и координацию подрядчиков. Однако задержки со стороны заказчика, например, в утверждении ключевых чертежей или согласовании подрядчиков на определенный этап работ, приводят к срыву сроков. Мы видим, что успешные заказчики уже адаптируют свои структуры: создают внутренние проектные офисы, назначают ответственных координаторов, используют цифровые платформы для согласований. Это позволяет им сократить время внутренних согласований с недель до часов. Именно в этом видится эволюция роли заказчика: он перестает быть «заказчиком услуг» и становится полноправным партнером в управлении проектом. А в условиях растущей сложности проектов это становится вопросом выживания в конкурентной среде, поскольку каждый день срыва сроков запуска предприятия оборачивается многомиллионными убытками от упущенной выгоды. А. Сивков: Крупные инвестиционные проекты в металлургической и горной отраслях характеризуются высокой сложностью, значительными капиталовложениями и строгими сроками реализации. Любая ошибка на начальных этапах может привести к значительным финансовым потерям, а иногда и к срыву сроков всего проекта. Поэтому выбор оптимальной модели реализации проекта является важнейшей задачей, стоящей перед заказчиком. Заказчик определяет, какая модель будет использована: классическая (последовательная) или EPCM-модель. При этом необходимо учитывать сроки реализации и финансовые затраты. Все чаще заказчики ожидают получить оптимальную стоимость, стремятся к прозрачности проекта и привлечению опытной команды подрядчика, поэтому выбирают EPCM-контракт. Важно понимать, что в рамках этой модели часть работ и ответственности переходит 68 МЕТАЛЛОСНАБЖЕНИЕ И СБЫТ • ОКТЯБРЬ
RkJQdWJsaXNoZXIy MjgzNzY=